Войти

Ворон

Dante Crow — блог на MyPage.Ru

Как-то в полночь, в час угрюмый, утомившись от раздумий,
Задремал я над страницей фолианта одного,
И очнулся вдруг от звука, будто кто-то вдруг застукал,
Будто глухо так застукал в двери дома моего.
«Гость, — сказал я, — там стучится в двери дома моего,
Гость — и больше ничего».

Ах, я вспоминаю ясно, был тогда декабрь ненастный,
И от каждой вспышки красной тень скользила на ковер,
Ждал я дня из мрачной дали, тщетно ждал, чтоб книги дали
Облегченья от печали по утраченной Линор,
По святой, что там, в Эдеме, ангелы зовут Линор, -
Безыменной здесь с тех пор.

Шелковый тревожный шорох в пурпурных портьерах, шторах
Полонил, наполнил смутным ужасом меня всего,
И, чтоб сердцу легче стало, встав, я повторил устало:
«Это гость лишь запоздалый у порога моего,
Гость какой-то запоздалый у порога моего,
Гость — и больше ничего».

И, оправясь от испуга, гостя встретил я, как друга.
«Извините, сэр иль леди, — я приветствовал его, -
Задремал я здесь от скуки, и так тихи были звуки,
Так неслышны ваши стуки в двери дома моего,
Что я вас едва услышал», — дверь открыл я: никого,
Тьма — и больше ничего.

Тьмой полночной окруженный, так стоял я, погруженный
В грезы, что еще не снились никому до этих пор;
Тщетно ждал я так однако, тьма мне не давала знака,
Слово лишь одно из мрака донеслось ко мне: «Линор!»
Это я шепнул, и эхо прошептало мне: «Линор!»
Прошептало, как укор.

В скорби жгучей о потере я захлопнул плотно двери
И услышал звук такой же, но отчетливей того.
«Это тот же стук недавний, — я сказал, — в окно за ставней,
Ветер воет неспроста в ней у окошка моего,
Это ветер стукнул ставней у окошка моего, -
Ветер — больше ничего».

Только приоткрыл я ставни — вышел Ворон стародавний,
Шумно оправляя траур оперенья своего;
Без поклона, важно, гордо, выступил он чинно, твердо,
С видом леди или лорда у порога моего,
На Паллады бюст над дверью у порога моего
Сел — и больше ничего.

И очнувшись от печали, улыбнулся я вначале,
Видя важность черной птицы, чопорный ее задор.
Я сказал: «Твой вид задорен, твой хохол облезлый черен,
О зловещий древний Ворон, там, где мрак Плутон простер,
Как ты гордо назывался там, где мрак Плутон простер?»
Каркнул Ворон: «Все прошло».

Выкрик птицы неуклюжей на меня повеял стужей,
Хоть ответ ее без смысла, невпопад, был явный вздор:
Ведь должны все согласиться, вряд ли может так случиться,
Чтобы в полночь села птица, вылетевши из-за штор,
Вдруг на бюст над дверью села, вылетевши из-за штор,
Птица с кличкой «Все прошло».

Ворон же сидел на бюсте, словно этим словом грусти
Душу всю свою излил он навсегда в ночной простор.
Он сидел, свой клюв сомкнувши, ни пером не шелохнувши,
И шепнул я вдруг, вздохнувши: «Как друзья с недавних пор,
Завтра он меня покинет, как надежды с этих пор».
Каркнул Ворон: «Все прошло!»

При ответе столь удачном вздрогнул я в затишье мрачном,
И сказал я: «Несомненно, затвердил он с давних пор,
Перенял он это слово от хозяина такого,
Кто под гнетом рока злого слышал, словно приговор,
Похоронный звон надежды и свой смертный приговор
Слышал в этом „Все прошло“.

И с улыбкой, как вначале, я, очнувшись от печали,
Кресло к Ворону придвинул, глядя на него в упор,
Сел на бархате лиловом в размышлении суровом,
Что хотел сказать тем словом Ворон, вещий с давних пор,
Что пророчил мне угрюмо Ворон, вещий с давних пор,
Хриплым карком: „Все прошло.“

Так, в полудремоте краткой, размышляя над загадной,
Чувствуя, как Ворон в сердце мне вонзал горящий взор,
Тусклой люстрой освещенный, головою утомленной
Я хотел уже склониться на подушку на узор,
Ах, она здесь не склонится на подушку на узор
Никогда, о, Все прошло!

Мне казалось, что незримо заструились клубы дыма
И ступили серафимы в фимиаме на ковер.
Я воскликнул: „О несчастный, это Бог от муки страстной
Шлет непентес, исцеленье от любви твоей к Линор!
Пей непентес, пей забвенье и забудь свою Линор!“
Каркнул Ворон: „Все прошло.“

Я воскликнул: „Ворон вещий! Птица ты иль дух зловещий!
Дьявол ли тебя направил, буря ль из подземных нор
Занесла тебя под крышу, где я древний Ужас слышу.
Мне скажи, дано ль мне свыше там, у Галаадских гор,
Обрести бальзам от муки, там, у Галаадских гор?“
Каркнул Ворон: „Все прошло.“

Я воскликнул: „Ворон вещий! Птица ты иль дух зловещий!
Если только Бог над нами свод небесный распростер,
Мне скажи: душа, что бремя скорби здесь несет со всеми,
Там обнимет ли в Эдеме лучезарную Линор -
Ту святую, что в Эдеме ангелы зовут Линор?“
Каркнул Ворон: „Все прошло.“

»Это знак, чтоб ты оставил дом мой, птица или дьявол! -
Я вскочив, воскликнул. — С бурей уносись в ночной простор,
Не оставив здесь, однако, черного пера, как знака
Лжи, что ты принес из мрака! С бюста траурный убор
Скинь и клюв твой вынь из сердца! Прочь лети в ночной простор!"
Каркнул Ворон: «Все прошло!»

И сидит, сидит над дверью Ворон, оправляя перья,
С бюста бледного Паллады не слетает с этих пор;
Он глядит в недвижном взлете, словно демон тьмы в дремоте,
И под люстрой в позолоте на полу он тень простер,
Никогда душой из этой тени не взлечу я с этих пор
Никогда, о, Все прошло!

(Эдгар Аллан По)

Комментариев: 0

Красивый ангел

Dante Crow — блог на MyPage.Ru

Красивый ангел из металла
Хранит на кладбище покой
Хоть к крыльям пыль чуть-чуть пристала,
Но все ж прекрасен облик твой.
Ты дивна в скорби одинокой
И неизменно холодна,
И кажешься такой далекой,
Но все ж влюбить в себя смогла.
Чуть грустный юноша
С глазами чернее ночи, краше дня
И с вьющимися волосами,
Чьим цветом стала сама тьма.
Он мимо проходил и думал,
Что жизнь его не удалась,
Он кутался в свой плащ сильнее –
Тогда уж вьюга началась.
На небо он несмело поднял
Взгляд своих черных-черных глаз
И лик увидел из металла,
И разум вдруг его угас.
Забилось сердце все сильнее,
В груди поднялся странный жар –
Внутри фигура из металла
Для парня развела пожар.
Он замер, руки опустились,
И ветер плащ его рванул,
И тут же вьюга напустилась,
И снег в него комок метнул.
Но чувство холода исчезло,
И снег… и ветер вдруг пропал,
А юноша в оцепененьи...
Он на колени тут упал.
Не мог красой налюбоваться,
А дикий ветер бушевал...
Он снег кидал в металл холодный
И снежной пылью покрывал,
А юноша вскочил на ноги
И плащ с себя рукой сорвал
Ее от ветра закрывая,
Он рядом встал на постамент.
Несмело крылья обнимая,
Он ей пообещал букет.
А буря долго не утихла,
Но только ветер замолчал,
И парень руки лишь расслабил,
Как вниз совсем без сил упал...
Он напрягся, хотев подняться,
Но силы подвели его.
Хотел он с жизнью распрощаться,
Но тут нашли друзья его.
«Скажи нам, что же тут случилось?
И почему твой плащ на ней?»
Но он не шевелил губами,
Остановив свой взгляд на ней.
Его спасли, он оклемался,
Но из металла лик пленил.
И к ней он снова собирался,
Хотел найти среди могил...
Свое он обещанье вспомнил
И потому цветы купил –
Три белых розы и гвоздику
Он для нее тогда добыл.
Она стояла неизменно одна,
Красива и стройна.
Он в руки ей вложил букет
И прошептал чуть отойдя:
«Ты холодна, как лед забвенья,
Как сумрак вечной пустоты,
Как страшный сон, как приведенье...
Зачем к себе так манишь ты?»
За ним тогда, как тень ночная,
Пошел его хороший друг,
Он видел то, что испугало
Его навечно, сразу вдруг:
К куску металла, как к девице
Приник его товарищ тут.
Цветы дарил и мог влюбиться -
Его решил так лучший друг.
Он испугался и подумал,
Что лучше будет рассказать
Куда он ходит каждый вечер,
Здесь надо что-то предпринять.
Решили – это не нормально.
И парня заперли на век
За то, что статую любил он...
Кому мешал тот человек?
Его таблетками кормили,
Молили, чтобы он забыл,
Но лик из темного металла
Навечно разум погубил...
Прекрасный ангел из металла
Не дал ему упасть во тьму.
Она всегда его спасала,
Надежду даровав ему.
Для разума тюрьма сжимала,
Давила каждый день и ночь,
Но от себя не отпускала
Прекрасной тьмы с крылами дочь.
Он вырвался, бежал из плена,
Без сил у ног ее поник.
И понял он – есть выход – время,
Оно лишь только победит.
Но долго ждать он, жаль, не может –
Все знают, где его искать.
И только нож ему поможет
Во тьме спасенье отыскать.
И кожа разошлась неспешно,
И кровь струями потекла
На белый снег...
Его, конечно, она и растопить смогла.
В глазах темнело очень быстро,
Он на слабеющих ногах
К ней подошел, чтобы рукою
Стряхнуть чуть снег на волосах.
Когда он поднимал запястье,
Вдруг капля крови сорвалась,
Она ей на лицо упала
И, как слеза, там запеклась.
Последним ощутить хотел он
Прохладу твердых юных губ –
Поцеловал… упал с ней рядом
И с жизнью распрощался тут.
Когда же люди подоспели
Их удивила красота,
Которую они узрели...
Грустна была картина та:
В руках у ангела завядший
Из белых роз простой букет,
А на лице ее озябшем
От той слезы кровавый след.
У ее ног на постаменте
Несчастный юноша лежал,
Что за любовь свою к холодной
И грустной деве жизнь отдал...

 

Комментариев: 0

Чувства-скитальцы

Dante Crow — блог на MyPage.Ru

 

Охапками мысли кидаю на ветер
Приди, подними — мне они не нужны
В голове моей образ твой так же светел
Мои мысли распутны, поступки грешны

Я рожден, чтоб над телом своим издеваться,
Изливаясь наслождением боли в поток
Будет он все сильней и сильней расширяться,
Превышая максимально возможный порог

Я буду истязать свою душу плетями,
Ибо очищаемся мы через боль
У стен безразличия плачу годами
И на сердца раны сыплю соль

Зима в голове и зима на душе
Мои тихие вопли не слышно уже
По пианино не движутся пальцы
Умирают в душе моей чувства-скитальцы

Они долго искали любовь в моём теле,
Безысходности бремя на себе волоча
От страданий и боли едва слышно пели
Всё стихали их возгласы день ото дня...

Комментариев: 0